Предыдущий выпуск

На главную страницу

Следующий выпуск


 —  Главная — Архив выпусков — Авторы — Благодарности — Книга отзывов — Для писем — 

Архив выпусков

Выпуск 69
Наш гость — Евгений Олегович Комаровский

На нашу историю в предыдущем выпуске о том, как мы растили Полину из сорок второй квартиры, совершенно неожиданно отозвался сам доктор Комаровский.
Мы, недолго думая, предложили ему E-mail интервью. Евгений Олегович сразу согласился, что было для нас приятным сюрпризом. Так что наш разговор о маленьких детях и больших взрослых получил неожиданное продолжение. У нас в гостях — известный детский врач Евгений Олегович Комаровский.

Евгений Олегович, вы автор популярной книги о том, как вырастить здоровых детей. Сегодня вас показывают по телевизору, книга переиздается и снова раскупается, в интернете про вас пишут… Вы, в свою очередь, утверждаете, что вы просто обычный детский врач, окончивший обычный медицинский институт. Но в институте, вас, вероятно, не учили держать детей в холодной комнате и купать в большой ванной да еще в холодной воде? Откуда же тогда взялись такие нетрадиционные для наших широт идеи? Вы все это как-то сами взяли и придумали? Не страшно было начинать?

Главный парадокс можно обнаружить уже в самом вопросе. Т.е. с точки зрения элементарной логики, температура воздуха равная 18-19 градусам уж точно не признак холодной комнаты, а вода 34 градуса… Я уже не говорю о том, что нашу большую ванну «большой» может обозвать только советский человек. Начинал я с собственных детей. А после моих детей были друзья-родственники-соседи. Со всеми были личные контакты не ограниченные одними лишь болячками, так что я выступал не в роли врача, а в роли соседа-друга-родственника, который просто советовал. Это я к тому, что прибегать и разбираться было некому. И не я все это придумывал, книжка была такая «Плавать раньше чем ходить» называется, плюс книги Аршавского, плюс Никитины. Понятно, что, с учетом специального образования, идеи воспринимались и преломлялись. Главная сложность была в другом — создать такую систему воспитания, которая была бы доступна всем. Ибо одно дело внедрить все это в своей семье, когда и жену, и дитя, и бабушек можно контролировать, а другое дать советы и оставить родителей один на один с проблемами. А вот когда количество таких «своих» полупациентов перевалило за несколько сотен, стало ясно — что и болеют такие дети меньше, и родителям легче, и, что самое удивительное, — бабушки меняют позицию и начинают соглашаться с тем, что «надо было именно так»! В нашей стране это весомейший аргумент — если удается переубедить бабушку, значит твоя правота максимально вероятна.

А вдруг бы все дети разом поболели, и их мамы с папами прибежали бы разбираться? Могло такое быть?

Конечно, могло, но при условии, что исходные логические построения оказались бы не верны. Тогда, наверное, я бы прекратил умничать и лезть с советами. Но концепция оказалось правильной и позволяющей при минимальных затратах сил и средств воспитать здоровое дитя и не просто воспитать, а воспитать в условиях окружающей действительности. Все это и позволило выпустить первую популярную книгу. А после этого количество «последователей» резко увеличилось и доказательств правоты стало многократно больше. Теперь уже можно утверждать, что стратегические, наиболее принципиальные вопросы, решены. А тактические мелочи — это до конца не решить никогда, т.е. работы еще хватит на много-много лет.

Ваша цитата: «Наше с вами общество, наши с вами руководители, наше с вами здравоохранение, наш с вами образ мыслей и наши с вами семейные взаимоотношения породили некую особую, специфическую науку. В недалеком прошлом она называлась „советская педиатрия“, а во что она превратилась сейчас, не знает никто. Эту науку нельзя понять вне практической медицины, именно нашей, отечественной практической медицины, — куда уж там местным министрам-академикам или импортному доктору Споку.»
В электронной версии вашей книги это единственное место, где упоминается Спок, о других педиатрах вообще нет ни слова. Зарубежные авторы не знали и не знают наших реалий. А каково отношение к вашей системе воспитания педиатров отечественных? Вероятно, вы знакомы с мнениями ваших коллег?

Начнем с того, что в понятии «отношение педиатров наших» можно выделить два аспекта.
Первый — представители официального здравоохранения — профессура, кафедры, минздравы, горздравы и т.д. Отношения никакого — меня просто не существует. Ни одного письма, ни одного отклика — ни положительного, ни отрицательного;
Второй — практические педиатры, т.е. те, кем руководят, кого учат и кого контролируют вышеупомянутые представители. Здесь все, в свою очередь, весьма неоднозначно. В целом отзывов очень-очень мало, нет, сотни две наберется, но на фоне общего количества писем — это просто капля в море. Отзывы имеющиеся — в большинстве своем положительные, но тут надо учитывать тот факт, что реальные будни и уровень благосостояния отечественных педиатров возможность электронного общения по большей части не предусматривает, так что истинную картину оценить сложно.
Главный парадокс состоит в том, что в педиатрии врача оценивают в основном родители. И когда некий врач издает книги, когда 1-2 раза в неделю его можно увидеть по телевизору, когда к нему за 2-3 недели записываются на прием, то у коллег, в силу ментальности, все это вызывает скорее раздражение, чем желание узнать, а почему все это происходит. Я никогда не позволяю себе критиковать коллег, я стараюсь лечить любого ребенка так, как лечил бы собственного, но я вынужден отменять некие ранее назначенные препараты, ставить другие диагнозы (по большей части правильные). Если это делает некий профессор — это понятно, а если не профессор… И если некий доктор безуспешно лечит гормонами бронхиальную астму, а потом на приеме у Комаровского выясняется, что это не астма, а коклюш, то доктор вовсе не испытывает радости по поводу того, что кто-то оказался более внимательным и более профессиональным. Более того, это вызывает не желание повысить собственную квалификацию, а негативизм по отношению к противному «сильно умному» Комаровскому…
С этим ничего поделать нельзя. Да я и не пытаюсь ничего делать. Мне не скучно, пациентов хватает, результаты лечения вроде как неплохие, что ж тут жаловаться. Уважают у нас только реальную власть, реальные звания. У меня этих званий нет, ибо любые звания и любая власть требуют затрат времени, сил, средств и совести. Не хочу. Типичный пример — книга «Вирусный круп у детей» — монография в 400 стр. на материале более 5 тысяч больных — это кандидатская диссертация. В тот день, когда у меня была защита, передо мной, на материале в 90 больных, некая тетя защищала докторскую…
Ну кто из современных отечественных педиатров может позволить себе написать книгу? Как правило, это представители «официального здравоохранения» — профессора, академики. И в любой такой книге будет все умно и академично, и похожи они (книги) аки близнецы.
А еще пишут непрофессионалы — просто родители, которые делятся опытом, здесь уже и независимость, и система — типичный пример — Никитины.

Вы встречали системы наших современных педиатров? Не пересказы иноземных авторов, а именно собственные системы, цельные, концептуальные и ориентированные на наши реалии?

Не встречал. А если бы встретил, то пропагандировал бы направо и налево. Да и зачем мне, в таком случае, надо бы было все это писать и не спать по ночам?

Прошлым летом на черноморском пляже своими глазами видел маму, которая полугодовалую девочку купала в море. Ребенок не только плавал в меру своих сил, но и довольно глубоко нырял. Возле мамы всегда были изумленные ротозеи, все время маму кто-то чего-то спрашивал. Меня интересовало, как давно ребенок плавает. Оказалось, с рождения. Книги Никитиных появились довольно давно. Сегодня есть ваша книга. Даже реальные примеры несколько непривычного выращивания деток можно увидеть, как тот, который весь пляж изумлял. Но большинству родителей что-то мешает слышать любые, пусть самые логичные доводы. Такое впечатление, что и Комаровский, и Никитины — все это идеи для небольшого количества энтузиастов. Как вы считаете?

Я всегда считал себя человеком, абсолютно далеким от экстремизма. И все, мною пропагандируемое — по большей части доступно, просто, легко реализуемо, совершенно не опасно, экономически выгодно, допускает довольно широкие колебания. И если идеи Комаровского даже у вас создают впечатление, что «это идеи для небольшого количества энтузиастов» — то вывод один — я печально переоценил среднестатистический уровень здравого смысла в расчете на одну родительскую единицу. Но два глобальных препятствия в распространении идей вижу четко:
1. Отстраненность основных носителей здравого смысла (лиц мужского пола) от процессов ухода и воспитания.
2. Тот печальный факт, что педиатры, в своем большинстве, опускаются до уровня бабушек и идут на поводу у мнения среднестатистического обывателя.

Это что получается… Выходит, что у пап есть здравый смысл, а у мам — нету? Доктор, давайте ругаться! Вы зачем молодых мам обижаете?!

Если предположить, что интервью читает человек, впервые слышащий фамилию «Комаровский» — так может и обидится. А если человек уже с книгами и статьями знакомый — воспримет как должное. Кто сомневается — глава в книге «Члены семьи: тактика рациональных действий».
Тот факт, что женщина существо более эмоциональное и, в сравнении с мужчиной, менее логичное — общеизвестен. Бывают исключения, но тенденция именно такова. Беременность и роды — не лучшее время для того, чтобы уменьшить влияние эмоций на поступки. А мужики, вместе со своим здравым смыслом, сплошь и рядом оставляют женщину один на один с проблемами, видя свой долг лишь в том, чтобы заработать на еду и памперсы… Как с этим бороться? Есть два способа:
1. Убеждать их (мужиков) в том, что они должны, обязаны помогать, ругать — дескать, как Вам не стыдно, она ж еле на ногах стоит и т.д.
2. Подчеркнуть их мудрость и врожденную сообразительность — ребята, она ж без Вас дров наломает…
Поверьте — второй путь более эффективный. И если по прочтению несколько молодых мам на меня обидятся, а несколько молодых пап захотят сделать ребенку массаж и принять участие в купании, обратят внимание на то, сколько кофточек надето на дитя, поинтересуются, а почему он ночью ест каждые 20 минут, познакомятся с участковым педиатром и т.д. — так вот при таком раскладе я буду считать свою миссию выполненной.

По вашим оценкам, сколько детей воспитываются по вашим советам? Ну приблизительно?

Даже приблизительно не могу сказать. Ибо очень многие не реализуют систему в полном объеме, а применяют на практике лишь отдельные положения — и касательно ухода, и касательно помощи при болезнях. Таких считать? По тиражу книг ориентироваться нельзя — не всякий купивший воспользуется. С учетом того, что «советы» появлялись не только в виде книг, но и виде газетных и журнальных статей — внемлющая аудитория достаточно велика. Печатали «Аргументы и факты», «Зеркало недели», «9 месяцев», «Лиза. Мой ребенок», более 2-х десятков областных-городских-районных газет от Минска до Якутска.

Часто бывает так, что люди, достаточно долгое время прожившие вместе, становятся в чем-то похожими. Это частенько можно увидеть в семьях. Через какое-то время какие-то черты супругов постепенно «заимствуются». Вы давно работаете с детьми. Это как-то изменило вас? Что вас до сих пор радует в маленьких детях, что удивляет, восхищает?

Я понимаю, что в рамках вопроса следовало бы сказать, что многолетнее общение с детьми сделало меня непосредственным, жизнерадостным, доверчивым и т.д. — но чего нет, того нет.
Вы, наверное, удивитесь, но мое общение с детьми на профессиональном уровне очень прагматично. Особых удивлений и восхищений нет. Никакого влияния на меня нет. Исключительно реальный подход, без сюсюканья и любования. Определенный набор профессиональных навыков — как не испугать, как не сделать больно.
Я начал свою врачебную деятельность с реанимации. Там без сортировки, просеивания эмоций нельзя. Иначе или водку пить, или в психушку. Дело в том, что любая эмоциональная окраска мешает принимать решения. Воспитанный — невоспитанный, красивый — противный, мальчик -девочка — все это важно лишь в той мере, в какой способно влиять на лечение.
И радует, и восхищает, и удивляет — способность детей выздоравливать — терапевты о таком могут только мечтать.
Да, мои пациенты приносят мне лично нарисованные картинки, читают стихи и поют песенки — все это умиляет и радует, как любого нормального человека, но это не имеет никакой связи с тем, как я буду лечить, т.е. слушая стихи и т.п. я врачом не являюсь. Обычный мужик, средних лет…

Сегодня существует немало методик раннего детского развития. По крайней мере в интернете эта тема довольно активно представлена. Как вы относитесь к данным методикам? Насколько это, по-вашему, важно для детей и родителей?

Отношусь профессионально — т.е. исключительно как педиатр. Лично для меня очень важно, чтобы развитие интеллекта не было в ущерб здоровью, чтоб естественные для ребенка физические нагрузки на свежем воздухе не подменялись перекладыванием кубиков в замкнутом пространстве. Сами методы раннего развитие вне сферы классической педиатрии — это педагогика, психология, под нее часто подводят научную физиологическую базу, но все равно это явно вне моей профессиональной компетенции. Отношусь в целом сдержано. С точки зрения конкретного индивидуума вижу плюсы, а с точки зрения адаптации этого индивидуума в среду, где далеко не все такие развитые — вижу сплошные минусы. Если к раннему обучению счету-чтению и т.п. добавить бы еще и искусство адаптации… Было бы здорово.
Главный, вывод, который я сделал для себя, состоит в том, что методики раннего развития делают счастливыми родителей ранне-развитого ребенка. Применительно к самому ребенку это далеко не так. Чаще — наоборот.

Вы говорите о непростой адаптации развитых и образованных в социум. Но ведь отношения развитых с социумом всегда складывались непросто. Но разве это повод? По-вашему, не нужно ничего у детей развивать?! Но ведь вам самому, вероятно, приятнее видеть детей интересных, умных, которые могут получать удовольствие не только от заморского юмора уровня «как прикольно дядя попой в торт плюхнулся». Я видел методику, в которой по дням описано, как научить ребенок читать в годовалом возрасте. Непонятно, правда, зачем это ребенку настолько уж нужно. Ну а если учиться читать не по буквам, а по слогам, при этом не быть фанатом, а находить время и для прогулки и для солнышка?… Евгений Олегович, вы ведь не враг прогрессивного человечества?!

Не враг!! Однозначно. И если не быть фанатом и находить время — я за! — тут и спорить нечего. Хотелось бы только, чтоб педагогика не зацикливалась на буквах и цифрах. 90% мальчишек 4 лет легко отличат «Ауди» от «Мерседеса», но не отличат дуб от тополя. Ах какая бы прекрасная была развивающая игра — это зверобой, это полынь, это калина, это барсук, это сойка, это овраг, это озеро, это родник и т.д., чтоб с раннего детства привязать к живому, к природе, к истинным ценностям.

Нечасто встретишь в книге адрес автора. В вашей книге есть и ваш почтовый адрес и интернет-координаты. Как много и о чем вам пишут?

Много. Иллюстрация — в июле этого (2003) года меня не было в городе 19 дней (отпуск). За 19 дней — 412 писем… И это июль, когда и болеют меньше, и отпускной сезон — когда от компьютеров многие стараются держаться подальше. А зимой 40-50 писем за сутки — не редкость.
Очень приятно, что авторы писем часто выходят за рамки сугубо медицинских проблем. И темы рыболовно-туристические, и житие наших соотечественников за рубежом, и отчеты о достижениях моих виртуальных пациентов. По мне, так архив писем, особенно раздел «хорошее и разное» дает об этом представление.

Вы живете и работаете в Харькове. Но благодаря интернету вас знают далеко за переделами родного города. Я видел у вас на сайте письма из России, США, Японии. Давно ли вы пользуетесь интернетом? Что вы нашли для себя во Всемирной паутине, как доктор и как человек?

Письма действительно приходят откуда угодно — меня это поначалу крайне удивляло, сейчас привык. Но! Новая Зеландия, Австралия, Венесуэла, Эквадор, Аргентина, Вьетнам….
Интернет появился у меня дома 5 лет назад. В профессиональном плане это уникальная возможность сэкономить время — до сих пор вспоминаю десятки часов, проведенных в библиотеках, а теперь вся новейшая информация — не выходя из дома. Ну а сайт, точнее почта — это отдельная тема. Точно знаю — благодаря огромному числу интеллигентных, грамотных, разумных писем — я в большей степени стал оптимистом по отношению к будущему наших детей — убедился в том, что благоразумных и небезразличных родителей у нас предостаточно.

В свою очередь могу сказать, что, имея возможность читать умного, грамотного и веселого доктора я в большей степени становлюсь оптимистом по отношению к здоровью детей, которые растут по вашим методикам. Спасибо вам, доктор.

— Le Vent,
август 2003 года


© 1999-2024, Le Vent